Дмитрий ЦВЕТКОВ: «Система для того и держит нас в нищете, чтобы у нас не оставалось денег и сил на такие «глупости» как противиться ей» Часть 1

У березні минулого року «Наша версія» розмістила на своєму сайті статтю молодшого сержанта міліції бійця батальону особливого призначення «Київ-2» Дмитра ЦВЄТКОВА «Бізнес на війні комбата Войцеховського»: http://n-v.com.ua/biznes-na-vojne-kombata-vojcexovskogo-video/

У цій статті Д. Цвєтков звинувачував керівництво батальйону в цілому ряді злочинів. Пройшов майже рік. «Наша версія» поцікавилася, як йдуть справи з розслідуванням діяльності командування «Київ-2». Нагадаємо: побоюючись за своє життя, Дмитро рік тому виїхав з України. 8 лютого нинішнього року ми зв’язалися з екс-добровольцем і попросили відповісти на наші запитання.

Дмитрий Цветков

НВ: Дмитрий, расскажите, что произошло за этот год? Возбуждены ли уголовные дела? Идет ли следствие?

ДЦ: Добиться удалось немногого. Из всех преступлений, от которых командование батальона «Киев-2» уже просто распирает, в данный момент я занимаюсь самым тяжелым – убийством. Но как бы парадоксально ни звучало, до сих пор несколько следователей, которые вели данное уголовное производство, просто напросто пытались увести преступников от ответственности, а вину переложить на убитого.

НВ: Как это понимать?

ДЦ: Если в двух словах, то хотели представить убитого террористом, пытавшимся взорвать блокпост «Бугас» под Волновахой, на котором в ноябре 2014 года нес службу батальон «Киев-2».

НВ: А были какие-то основания для такого обвинения?

ДЦ: Конечно нет! Но вы же понимаете, что речь идет об украинских следственных органах. А у этих органов все что угодно может быть. Фантазия богатая.

Дело в том, что убитый Наздрычкин, житель Волновахского района – обычный украинский гражданин. А его убийца – майор милиции, командир батальона. А теперь, после повышения – командир полка «Киев». Вот и вся причина для различных инсинуаций в этом уголовном производстве. Система пытается защитить своего человека, независимо от того, что он убийца.

НВ: Но ведь не мог комбат «Киев-2» просто так убить человека? Что тогда произошло в Волновахе?

ДЦ: Я вам ссылку дам на свои заявления и письма в прокуратуру, МВД, СБУ… Все в сети выкладываю, чтобы люди знали, как наши «органы» реагируют на преступления.

Письмо к Давиду Сакварелидзе: http://tsvetkov.weebly.com/blog/18

Ответ на письмо к Д. Сакварелидзе: http://tsvetkov.weebly.com/blog/21

А если в двух словах, то скажу так: комбат Войцеховский зашел поздно вечером на КПП в плохом настроении, а там закованный в наручники Наздрычкин, которого уже успели избить боец с позывным «Утес» и помощник комбата с позывным «Махно». Войцеховский присоединился к избиению и забил Наздрычкина до смерти.

Встал вопрос о том, что делать с телом. Собрали совет из нескольких бойцов первой роты. Решили обставить все так, будто на блокпост было совершено нападение посредством заминированного автомобиля. Тело Наздрычкина вывезли и выбросили в лесополосе. Затем поставили его машину на краю блокпоста, сделали в нее несколько выстрелов из автомата и потом взорвали. Подрыв снимали на видео. Наутро пригласили телевизионщиков и рассказали душещипательную историю о том, как удалось предотвратить теракт. А водитель? Водитель якобы сбежал под покровом ночи.

Оперативная съемка подрыва: https://www.youtube.com/watch?v=0Q6DlTXiLnw

НВ: То есть, убитый не был ни террористом, ни сепаратистом?

ДЦ: Конечно, нет! Это обычный украинец, у которого пошаливало сердце. По дороге домой ему, видимо, стало плохо. Он остановился, может быть, выпил лекарство, которое, по словам родственников, возил с собой, и решил переждать приступ. А оказался в могиле.

НВ: Выходит так, что у этого убийства есть множество свидетелей? Вы говорите, что там был целый «совет». И что говорят по этому поводу остальные бойцы?

ДЦ: Мало того, что был совет из бойцов первой роты. В этот момент с проверкой в батальоне находился заместитель начальника Департамента по организации работы подразделений особого назначения МВД. Так он не только был участником этого «совета», но лично давал рекомендации, как поступать с телом и остальными уликами.

НВ: Ну, вы говорите о каких-то невероятных, просто демонических вещах! А сами вы при этом присутствовали?

ДЦ: Нет, естественно, меня там не было. Все это происходило после отбоя. Казарма, в которой жила основная масса бойцов, находится в противоположном от КПП конце двора. А именно на КПП и произошло убийство и последующие манипуляции с телом. Мы просто спали уже. Проснулись от взрыва машины в половине третьего ночи, но по рации услышали голос комбата: «К-2, никто не выходит!» Мы и не стали выходить, раз такой приказ. Война ведь вокруг. Мало ли, что за взрыв. Мы там привыкшие были и к взрывам, и к стрельбе. От автоматной очереди за окном никто не просыпался.

НВ: Так откуда же такие подробности, кто и что советовал, кто кого бил?

ДЦ: Понимаете, батальон, в котором весь личный состав живет долгое время практически в замкнутом пространстве, становится, словно единым организмом. Информация распространяется быстрее, чем между бабульками на лавочке у подъезда. Не успеешь пукнуть, а весь батальон уже знает, что ты ел на завтрак.

Тот, кто участвовал в обсуждении, что делать с телом, наутро поделился со своим боевым товарищем, который там не присутствовал. Тот на следующий день выпил с третьим боевым товарищем и рассказал ему, а тот на следующий день покурил с четвертым… Так информация и разошлась. Удивительно, конечно, что при таком количестве свидетелей комбат рассчитывал сохранить в тайне это преступление. Ведь он бывший военный разведчик и сам по себе человек невероятно скрытный. Никаких соцсетей, никаких публичных связей. Такая себе темная лошадка. Ну, оно и понятно – есть что скрывать. А в тот момент, видимо, запаниковал. Хотя… Не исключаю возможности, что все это было вынесено на этот так называемый совет, чтобы «привязать» к криминалу заместителя начальника Департамента и впоследствии давить на него, шантажировать…

НВ: А скажете, о ком именно идет речь?

ДЦ: Почему нет? Ведь следствие – фикция! Как я ему могу навредить? Я ведь для того и общаюсь с журналистами, чтобы иметь возможность давить на следователей, которые «мутят» с фактами и свидетельскими показаниями. Вот, например, следователь Донецкого областного УМВД Ермолаева Татьяна Геннадьевна… Хочу передать ей привет, пользуясь случаем! Так вот Татьяна Геннадьевна допросила меня 30 апреля 2015 года, получила от меня не только имена свидетелей, но и их номера телефонов, чтобы ускорить, так сказать, ход следствия. Но так и не связалась ни с одним из них! В течение нескольких месяцев! Когда жена убитого Наздрычкина поехала к ней в Мариуполь, чтобы узнать, как продвигается расследование, ее фактически выставили за дверь, с просьбой не мешать работе. С материалами уголовного производства не дали ознакомиться, сославшись на какой-то закон! А недавно стало известно, что Татьяна Геннадьевна равно как и судмедэксперт не заметила на запястьях Наздрычкина следов от наручников. Я на фотографиях их заметил. Наздрычкины, когда укладывали Володю в гроб, заметили, свидетели, которые показали, что Наздрычкина пристегивали и к дереву на улице где били, и к батарее на КПП, все упоминали о наручниках, а вот следователь Ермолаева в упор их не видела. Такое вот следствие, которому я никак не боюсь навредить…

 Владимир Наздрычкин

На фото: Владимир Наздрычкин со следами от наручников на запястьях

НВ: И все же – можете назвать человека из министерства, который давал рекомендации, что делать с трупом?

ДЦ: Владимир Кузнецов – заместитель Виктора Чалавана, который на тот момент возглавлял Департамент по организации работы батальонов особого назначения МВД и прекрасно знал, что Войцеховский – это бывший «регионал» и военный разведчик времен Януковича.

НВ: Да, год назад вы рассказывали о «темном» прошлом комбата. Но если он служил при старой власти, то, как он прошел переаттестацию и не попал под люстрацию?

ДЦ: Справедливый вопрос, на который должен ответить тот же Виктор Чалаван, экс-начальник киевской полиции Александр Терещук или министр МВД Арсен Аваков. Но они плевать хотели на наши вопросы. Кстати, закон о переаттестации так выкручен, что добробаты под нее не попадают. Именно поэтому сегодня эти батальоны наполовину состоят из бывших ментов, которые таким образом остались в Системе.

НВ: Ну, Терещук-то все же попал под люстрацию!

ДЦ: Это общественность думает, что Терещук попал под люстрацию и уволен из МВД.

НВ: А разве не так?

ДЦ: Нам специально преподнесли, что вроде бы так. На самом деле Терещук переведен советником Деканоидзе. Той самой Деканоидзе, которая якобы инициировала его отставку. Они все просто водят нас за нос. Создают нужные картинки, а сами продолжают делать своё.

Ссылка на статью о переводе Терещука: http://tsvetkov.weebly.com/blog/27

Но даже если бы Терещук и был люстрирован, что с того? Ведь вся эта люстрация – фикция! Это самая легкая форма наказания для людей, всю жизнь воровавших десятки миллионов!

Вот ведь все мы знаем, как от каждого гаишника, а также от других сотрудников раз в неделю или раз в месяц отстегивается «дань» начальнику отдела. Тот заносит начальнику службы, тот начальнику управления, тот, в свою очередь, начальнику Департамента и так вплоть до министра. Терещук много лет возглавлял различные УМВД по стране. То есть, он давным-давно озолотился – в состоянии купить себе небольшой островок в Океании. Работал только потому, что хотелось еще и еще. Обычная практика.

Теперь представим, что его действительно люстрировали и отправили на пенсию по выслуге лет. И все – человек свободен! А как же все эти потоки взяток, как же вся та коррупция, которую он хранил и преумножал? Разве не должен он отвечать за все те действия, за которые его люстрировали?

Но украинская люстрация – это своего рода благодарность от правительства за долговременное и плодотворное сотрудничество с коррупционной системой. Ты, мол, всю жизнь приносил нам бабки, за это гуляй на свободе со своими отжатыми миллионами.

А ведь, если присмотреться к каждой стодолларовой купюре, припрятанной у Терещука под матрацем, то мы увидим в них и слезы детей, чьего отца до смерти забили в уголовном розыске, пытаясь повесить на него чужое преступление. Тут мы найдем и отчаяние мужа, чью жену изнасиловала группа наркоманов, которых отпустил следователь «за недостаточностью улик», хотя были сняты и побои, и следы от веревки на руках, и взяты мазки с остатками спермы. Тут вам будет и крышевание наркопритонов, и торговля наркотиками в школах, и поборы гаишников на дорогах, и освобождение из-под стражи мажора, пьяным въехавшего в троллейбусную остановку, что привело к смерти людей. Найдем мы в этих купюрах и слезы жены Наздрычкина, убитого прямым подчиненным Терещука – майором Войцеховским. Всё тут – под матрацем бывшего начальника Киевского Главка. Но сегодня он даже не отстранен, не люстрирован, а фактически повышен в должности.

Нет, тут не люстрация нужна, а военный трибунал и снятие моратория на смертную казнь!

НВ: Считаете, что только жесткими мерами можно что-то изменить в стране?

ДЦ: Иначе не получится! Система аморальна и безжалостна. Или мы ее – или она нас. Ведь самая жестокая война у нас не на востоке, а внутри страны, внутри каждого кабинета, оккупированного элементами этой Системы. Знаете, я, когда заглянул в личное дело Войцеховского, подумал, что это какая-то кадровая ошибка – назначить командиром добровольческого батальона человека, который во время Революции Достоинства служил в военной разведке и приходил на Майдан заводить знакомства, судя по всему с целью получения информации об активистах. До этого служил в разрешительной системе. До этого был помощником депутата от Партии Регионов Татьяны Бахтеевой. А до 2010 года его деятельность вообще засекречена. Есть свидетельства, что он служил в Донецком СБУ. Интересно, что в 2013 году фамилия Войцеховский была взята гражданином Богданом Яшуниным. Вот скажите, зачем нормальному человеку менять свою нормальную фамилию?

НВ: Вы у меня спрашиваете?

ДЦ: До этого дня я лично знал лишь одного человека, который сменил свою фамилию и имя. Но он был, мягко говоря, придурковатым, потому что взял себе имя любимого хоккеиста… А вот случай Яшунина-Войцеховского, на мой взгляд, достоин расследования.

 Свідоцтво

Однако, если год назад я это назначение списал на служебную ошибку, то теперь понимаю, что такие назначения были не ошибками и не единичным случаем. Глядя с позиции событий, происходящих сегодня и по отношению к патриотам, которых пачками арестовывают по надуманным обвинениям, и по отношению к финансистам и пособникам сепаратизма, к которым у власти нет никаких претензий, я понимаю, что добровольческое движение умышленно возглавлялось такими кадрами как Войцеховский, чтобы, в конце концов, исключить из боевых подразделений настоящих украинских патриотов, а вместо них набрать бывших сотрудников милиции. И один из руководителей этого правительственного сговора как раз и есть генерал Терещук, не люстрированный, а повышенный в должности.

НВ: Другими словами, вы хотите сказать, что правительство, а в случае батальона «Киев-2» – это Министерство внутренних дел и Киевский Главк, умышленно вредят добровольческому движению? Это ведь звучит как государственная измена?

ДЦ: Совершенно верно! Это и есть государственная измена. Ну, вот смотрите: Аваков в конце февраля 2014 становится министром МВД и назначает начальником Луганской областной милиции генерала Гуславского, который на тот момент являлся советником бывшего министра МВД Захарченко. Этот генерал близкий друг и компаньон Натальи Королевской, с которой еще в девяностых годах совместно в городе Красный Луч курировали угольные копанки, горно-обогатительные фабрики и прием металлолома. Королевская тогда была «обычным» украинским предпринимателем, правда… с братом в Московской мэрии, а Гуславский возглавлял Краснолучский ГОВД.

 Гуславский - билборд

Так вот, вернемся в 2014 год. Скажете, что Аваков не знал, кто такой Гуславский? Не знал, что этот генерал был советником беглого министра? Сами понимаете, что таких оплошностей на этом уровне не происходит. Но что мы видим дальше? По распоряжению Гуславского Луганская милиция не участвовала в защите здания СБУ, когда его захватывали сепаратисты. С фасада идет атака, а милиционеры в полной боевой стоят во дворе и курят. Нет приказа защищать! Есть видео в Youtube этого милицейского «ожидания». Далее в городе захватываются все административные учреждения, кроме здания областного УМВД, в котором сидит Гуславский.

Затем, как и в других городах Украины, активисты Луганска пытаются создать добровольческий батальон для борьбы с сепаратизмом. Темур Юлдашев получает добро от Гуславского на начало подготовки первых тридцати человек на базе школы милиции в городе Счастье, выезжают на место и попадают в руки сеператистов, которые избивают Юлдашева и сдают казачкам, оккупировавшим здание СБУ. Больше месяца Темур проводит в плену, откуда впоследствии ему удалось бежать. К сожалению, Юлдашев был убит снайпером под Саур-Могилой летом 2014 года.

Интервью Темура Юлдашева из плена в Луганском СБУ: https://www.youtube.com/watch?v=l4jKGfkijug

Позднее я узнал, что Гуславского на должность лоббировал Геннадий Москаль. И это было уже второе это его лобби для этого генерала. Первое – в 2006-м году при министре Луценко. Видите какая компания обрисовалась: Луценко сегодня лидер Блока Петра Порошенко, Аваков сегодня по-прежнему министр МВД, Геннадий Москаль сегодня губернатор Закарпатской области. Перед этим – Луганской. Обе области большинством своим в 2010 году голосовали за президента Януковича. Обе области – приграничные и с невероятного масштаба контрабандным трафиком. Лобби Москаля в Луганске – генерал при министре Захарченко. Ну, а то, что творит эта компания с патриотами, все мы сегодня уже видим и понимаем. Если сначала шел развал добровольческого движения путем назначения таких комбатов как Войцеховский, то теперь началась откровенная зачистка самых активных добровольцев.

Продолжение будет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *